Чт. Окт 28th, 2021
Истории раскулаченных
Истории раскулаченных
Раскулачивание (известно также как раскрестьянивание) — политика постепенного вытеснения капиталистических элементов в сельском хозяйстве и ликвидации кулачества как эксплуататорского класса (в марксистской терминологии), определяемого по признакам имущественного положения и отношения к средствам производства и найму рабочей силы, проводившаяся большевиками в период с 1925 по 1932-й год в ходе коллективизации сельского хозяйства.

Проведение политики совпало с перегибами в заготовке хлеба и коллективизацией и привело к массовому недовольству крестьян, групповому выселению «кулаков» и их семей в спецпоселения, конфискациям их собственности (т. н. «обобществлению»), расстрелам, а также по причинам крайне плохой продуманности и отсутствия конкретных инструкций по реализации политики — к произволу местных органов власти и жертвами среди бедного и среднего сельского населения, а также среди членов самих местных властей. Постановлением Политбюро ЦК ВКП(б) от 30 января 1930 года «О мероприятиях по ликвидации кулацких хозяйств в районах сплошной коллективизации» было положено начало проведения политики. В 1930—1940 годах в ссылке побывало 2 176 600 человек.

Спустя более чем 60 лет законом «О реабилитации жертв политических репрессий» от октября 1991 года граждане и лица, подвергнувшиеся раскулачиванию («репрессиям»), были официально признаны Верховным Советом репрессированными и имеющими право на реабилитацию.

Период военного коммунизма (1917—1921)

Ещё 8 ноября 1918 года на совещании делегатов комитетов бедноты Ленин заявил о решительной линии по ликвидации кулачества: «…если кулак останется нетронутым, если мироедов мы не победим, то неминуемо будет опять царь и капиталист». Декретом от 11 июня 1918 года были созданы комитеты бедноты, сыгравшие значительную роль в ликвидации кулачества; руководили процессом перераспределения конфискованных земель на местах и распределением конфискованного инвентаря, продовольственных излишков, изъятых у кулаков.

Уже отметил своё начало «великий крестовый поход против спекулянтов хлебом, кулаков, мироедов, … последний и решительный бой всем кулакам — эксплуататорам». Было изъято 50 миллионов гектаров кулацкой земли, перешедшей бедноте и середнякам, конфискована у кулачества значительная часть средств производства в пользу бедноты.

Период НЭПа (1921—1927)

23 марта 1921 года ВЦИК и СНК РСФСР приняли обращение «К крестьянству», отменив продразвёрстку и заменив её продналогом. Это ознаменовало начало НЭПа в деревне.

Продналог был первоначально установлен на уровне примерно 20 % от чистого продукта крестьянского труда (то есть для его уплаты требовалось сдать почти вдвое меньше хлеба, чем при продразвёрстке), причём впоследствии его намечалось снизить до 10 % урожая и перевести в денежную форму.

Земельный кодекс РСФСР был принят 30 октября 1922 года и введён в действие с декабря того же года. Он «навсегда отменял право частной собственности на землю», недра, воды и леса в пределах РСФСР. Сдача земли в аренду разрешалась на срок не более одного севооборота (при трёхполье — три года, при четырёхполье — четыре года и т. д.). При этом предусматривалось, что «никто не может получить по договору аренды в своё пользование земли больше того количества, какое он в состоянии дополнительно к своему наделу обработать силами своего хозяйства». Использование крестьянами наёмного труда допускалось лишь при «непременном сохранении применяющим его хозяйством своего трудового строя, то есть при условии, если все наличные трудоспособные члены хозяйства наравне с наёмным рабочими принимают участие в работе хозяйства» и при условии невозможности хозяйства самому выполнить эту работу. Арендаторами земли становились в основном зажиточные крестьяне, которые таким образом превращались в кулаков.

Начиная с резолюции по отчёту ЦК на XIV съезде (декабрь 1925 г.) и до резолюции «О путях подъёма сельского хозяйства» на XVI конференции (апрель 1929 г.), тезис об «ограничении эксплуататорских тенденций кулачества» или «ограничении роста капитализма в деревне» всегда употреблялся рядом с тезисом о «вытеснении капиталистических элементов деревни», о «преодолении капиталистических элементов деревни».

На XV съезде ВКП (б) в декабре 1927 года был взят курс на коллективизацию сельского хозяйства. При этом, провозглашая усиление политики ограничения и вытеснения капиталистических элементов деревни, съезд на время сохранил кулачество как класс, оставив в силе законы об аренде земли (зная, что арендаторами в основном являются кулаки), закон о найме труда в деревне (потребовав его точного соблюдения). Таким образом, вытеснение было направлено на отдельные отряды кулачества, не выдержавшие налогового нажима, системы ограничительных мер советской власти.

Коллективизация и переход от вытеснения кулачества к его ликвидации как класса (1928—1932)

15 февраля 1928 года газета Правда впервые опубликовала материалы, изобличавшие кулачество, сообщавшие о тяжёлой ситуации на селе и повсеместном засилии на местах богатого крестьянства, которое обнаруживалось не только на селе, эксплуатируя бедноту, но и внутри самой партии, руководя рядом коммунистических ячеек. Были опубликованы сообщения о вредительской деятельности кулачества — разоблачения о том, как кулацкие элементы в должности местных секретарей не пускали бедноту и батраков в местные отделения партии.

Экспроприация запасов зерна у кулаков и середняков именовалась «временными чрезвычайными мерами». Однако насильственное изъятие хлеба и иных запасов отбивало у зажиточных крестьян всяческую охоту к расширению посевов, что позже лишало трудоустроенности батраков и бедняков. Механизм раскулачивания остановил развитие индивидуальных хозяйств и ставил под вопрос саму перспективу их существования. Вскоре временные чрезвычайные меры превратились в линию «ликвидации кулачества, как класса».

В 1928 году правой оппозицией ВКП(б) всё ещё осуществлялись попытки поддержать зажиточное крестьянство и смягчить борьбу с кулачеством. В частности, А. И. Рыков, критикуя политику раскулачивания и «методы времён военного коммунизма», заявлял о том, что «наступление на кулаков (нужно проводить) разумеется, не методами так называемого раскулачивания», и о недопустимости давления на индивидуальное хозяйство в селе, производительность которого более чем в два раза ниже, чем в европейских странах, считая, что «важнейшей задачей партии является развитие индивидуального хозяйства крестьян при помощи государства в деле их кооперирования»

Заявить о поддержке индивидуального хозяйства правой оппозиции удалось и на заседании Пленума ЦК: «Обеспечить содействие дальнейшему подъёму производительности индивидуального мелкого и среднего крестьянского хозяйства, которое значительное время будет ещё базой зернового хозяйства в стране».

Активные меры по ликвидации зажиточного крестьянства приветствовались сельской беднотой, которая опасалась того, что «партия взяла курс на кулака, тогда как нужно проводить линию „раскулачивания“». В партии отмечали, что «беднота нашу политику на селе, в целом продолжает рассматривать как резкий поворот от бедноты к середняку и кулаку». Именно так продолжали реагировать наименее обеспеченные жители сёл на «новый курс» XIV партийного съезда 1925 года. Всё чаще органы власти отмечали среди бедноты «не только открытое, но и решительное выступление против зажиточной и верхушечной части середняков».

Растущее недовольство бедноты подкреплялось голодом в сельской местности, в котором большевики предпочитали винить «сельскую контрреволюцию» кулачества, желавшего ухудшить отношение народа к партии: «Надо давать отпор кулацкой идеологии, приходящей в казарму в письмах из деревни. Главный козырь кулака — хлебные затруднения». Всё чаще в прессе появлялись идеологически обработанные письма возмущённых красноармейцев-крестьян: «Кулаки — эти яростные враги социализма — сейчас озверели. Надо их уничтожать, не принимайте их в колхоз, выносите постановление об их выселении, отбирайте у них имущество, инвентарь». Широкую известность получило письмо красноармейца 28-го артиллерийского полка Воронова в ответ на жалобу отца «последний хлеб отбирают, с красноармейской семьёй не считаются»: «Хоть ты мне и батька, ни слова твоим подкулацким песням не поверил. Я рад, что тебе дали хороший урок. Продай хлеб, вези излишки — это моё последнее слово».

Войти

Зарегистрироваться

Сбросить пароль

Пожалуйста, введите ваше имя пользователя или эл. адрес, вы получите письмо со ссылкой для сброса пароля.